вторник, 17 декабря 2013 г.

Дискуссия "Не спится что-то" в нескольких частях... Часть 1 - Основательная

Не будет обращать внимание на блокирование нашего сайта в России, и не станем принимать участие в обсуждении причин и последствий. Ну, думают они, что книг всех перечитать не смогут, а застраховаться нужно, давайте-ка заблокируем от греха подальше, а вдруг экстремисты. Ну, экстремисты не экстремисты, а майдановцы - точно... А что до защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию - явно погорячились!

А тут досталась в наследство дискуссия читателя Алексея Котова  и писателя Ирины Мадриги о романе "Чича Божий, или Завербованная любовь". Что называется - в точку....
читать книгу по ссылке

Дискуссия читателя  Алексея Котова  и писателя Ирины Мадриги


Здравствуйте, Ирина! :)
 Я прочитал бы "Чичу" еще в четверг, но кое-что помешало на дежурстве и чтение растянулось на целых две ночи. Ирина, рецензии писать не буду иначе вы обидитесь, а этого я не хочу. Могу сказать только одно, книга легко читается, мысли ясные и глубокие. Вы хотели показать больше, чем просто трагедия женщины, и у вас это получилось. Не скажу, что получилось полностью, а вот что мне помешало, вы легко догадаетесь. Кстати, стихи на украинском и... Увы!  Кстати, я искренне не приемлю даже намека на любую форму политизированности в литературе. Это совсем не значит, что литература, как наложница из бани, должна предстать перед читателем чистой и благоухающей. Тут дело в другом... О Булгакове и Солженицыне я вам уже говорил. Как угадал, а?!.. :)) Но тут дело не в "угодайках", а в видении и в самом "я" писателя и читателя.
С уважением и улыбкой
 Алексей

Здравствуйте, Алексей. 
Да, надо было мне написать Вам, чтобы Вы даже кратко не сообщали мне о Вашем впечатлении от книги. Давно меня перестало интересовать читательское мнение. Меня не интересует даже, читают ли ее вообще. Меня не интересует, продает ли ее Елена Кухарская. Все это мне не интересно.
В чем-то, вероятно, книга могла бы быть и лучше. Но я ее переписывать не буду. И продолжение писать не буду, хоть меня тут и просили. Она была написана в жутко болезненном состоянии, хотя я была совершенно здоровой. Но болела душа. Меня всю буквально колотило. Отчего? Да оттого, что прототипы были живы в момент ее окончания. И все могли себя узнать, и могли не согласиться с моим о них мнением и моей оценкой их поступков. Но согласились. Все. Кое-кто, конечно, молча и не мешая мне жить дальше. И это ведь не книга о любви, а практически документальное подтверждение того времени, о котором я пишу. Но, Вы уж меня извините, я пишу не так, как писал Солженицын. А что не дотягиваю до уровня Булгакова, так это оттого, что книга была первой, и я попросту еще не знала, что способна писать и по-другому.
У меня и сейчас плохое самочувствие - от того, что в Украине происходит. И, к сожалению, в нынешних условиях могу писать только о политике. Ничего другое в голову не идет. И вот пишу, а тем временем меня перестают понимать даже мои близкие. Может, я и не права, и не могу вблизи рассмотреть, кто прав и кто виноват в наших реалиях. Но, думаю, что и мои домашние критики сейчас тоже страдают временной потерей остроты зрения. Лет через двадцать можно будет что-то понять. Но я пишу сейчас, потому что к тому времени вряд ли буду в состоянии все это изложить.
До свидания.

Ирина, вам письмо вечером отправил и спать пошел... А сна почти нет.
Давайте я вам тоже интересную историю расскажу. :)
В году так 1984 ко мне тоже кагэбешник заходил. Я никому в жизни не сделал сознательного зла, но ему было за что «зацепиться». Это был молодой человек, улыбчивый и даже добрый, чем-то определенно похожий на типичного комсомольского работника. Он смотрел на меня, и в его взгляде было: «Ты ко мне сам на коленях приползешь!» Что было потом?.. Я просто забыл о его существовании. Улыбнусь: «крючок» был кованным, таким, что, казалось бы, глотку вырвет, а не сорвешься, а я просто забыл… Забыл, понимаете?!  Героиня вашей повести все-таки думает о той расписке, которую она дала КГБ. Я ничего не давал. Победа демократии на Украине для нее в какой-то мере стала личной победой, а для меня  1991 год, оказался началом ада. Советская власть умела уродовать людские судьбы. У меня стихи есть (на Прозе это "Стихи шута"), которые начинаются со слов "За что дана нам яростная грусть..." Это оттуда, точнее, чуть позднее - из 93-го года. Не даром же я про чертей писал! :) Ирина, я ведь до сих, как подбитая утка,  с одним крылом живу… И счет Советской власти мог бы предъявить страшный. А соль моих слов знаете в чем? Я никогда не буду его предъявлять. Я многое вижу, ну, например, в церкви. Люди всегда останутся людьми. Но я же иудой стану, если примусь кого-нибудь «обличать», понимаете?.. В свое время Михаил Шолохов говорил о «болезненном бесстыдстве» Солженицына. Я очень хорошо понимаю эти слова. Есть то, о чем можно сказать только Богу. И не к Нему ли в первую очередь обращена Булгаковская «Мастер и Маргарита»?  Писательское покаяние штука сложная… Булгаков не мог писать на политические темы, но написал так, что любой политизированный текст  перед ним - ничто.
Когда я читал "Чичу" меня... не знаю как точнее казать... беспокоила мысль, что то, что вы написали, слишком европейское по взгляду на мир. Слишком!.. Украина так торопится в Европу?:) 
Однажды у меня «застрял» рассказ. Я понимал, что пропадает отличный сюжет, но ничего не мог сделать. Ну, ни-че-го!.. Там был один герой — довольно отвратительный тип и я едва ли не гордился этим образом. Знаете, когда я смог сдвинуть этот рассказ в работе?.. Когда я перестал ненавидеть этого отрицательного героя. Наверное, я вдруг посмотрел на него так, как смотрел бы Бог!.. :) И с жалостью, и с сожалением, и с любовью. Во мне словно что-то перевернулось. Я очень хорошо помню, как все это происходило и — честное слово, Ирина! — я вдруг ощутил огромную радость.
Ирина, на мой взгляд, в «Чиче» вам не хватило сил на не-европейское прощение и понимание. Вам помешала ваша политизированность. Да к черту ее!!.. Пройдет пятьдесят лет, и кто будет помнить, кто был президентом России или Украины?  Кто был царем или премьер министром, когда Гоголь писал «Мертвые души»?.. Я не помню, как не помнит и подавляющее большинство.  А кто помнит какие политические идеи волновали тогда страну?.. Только историки. Но «Мертвые души» живы. И вы посмотрите, Ирина, главный их герой — типаж отрицательнейший, но как и с какой любовью (пусть и явно ироничной) описывает его Гоголь. В этом истина, Ирина, в прощении и в человечности тянущейся к Богу. Это то без чего немыслимы мы с вами. А европейский взгляд делит людей на «плохих» и «хороших». Хорошие победили — и ура!.. 
Ага, ждите! :) 
Я не злорадствую, для меня это просто глупость, при чем даже детская какая-то... Я люблю русскую литературу за то, что  в ней ней "плохих" и "хороших". Вспомните хотя бы Чехова, где они там?..
 Да, не спится что-то... :)) 

продолжение следует.....

1 комментарий:

  1. Мне Ваших высот не достигнуть, дорогие коллеги! Об одном думаю, мы из тех, кому довелось глазами увидеть и одно, и другое, и третье... Каждый имеет возможность думать, анализировать. Очень хочется, чтобы в историю попала объективная оценка, и не пришлось поколению гадать "было", а вот и не было. Недавно была на одной из презентаций, стошнило от заезженных благополучных фраз в пользу автора. НЕ стоило... Писатели - элита наша историческая, хочется слышать от них правду... Теперь к литературе, книгам - так хочцу услышать от Вас - что с происходит в Вашем мире, на Вашем поприще, откуда и почему так много пишущих, так было всегда... Вообщем не о Чиче, а просто выскочила эмоция...

    ОтветитьУдалить